На курьих ножках
Размер:  А  А  А    Цвет:  Обычная версия

На курьих ножках

01.11.2018
Старинную страшноватую сказку Антония Погорельского о мальчике Алеше, Черной курице и подземных жителях пересказали со сцены Российского академического молодежного театра для детей нового века. О перипетиях героев в таинственном этом произведении, где сквозь гофманский колорит знатокам чудятся то масонские знаки, то мистическая инициация, то путешествие души в нижний мир, знал когда-то каждый школьник. Для нынешних детей его сюжет, скорее всего, внове - им куда известней Нарния, Средиземье или Хогвартс. Рассказать им о Подземном королевстве взялась режиссер Екатерина ПОЛОВЦЕВА, которая и написала инсценировку.

Фабула проста: мальчик Алеша отправлен на учебу в петербургский пансион, где он так томится от одиночества, когда товарищи разъезжаются на каникулы, что заводит дружбу с курами, бродящими по двору, и даже спасает одну из них от ножа кухарки, выкупив за свою единственную монету. Он воображает удивительные приключения, где Черная курица разговаривает с ним и становится его провожатым в подземелье, населенном тайным крошечным народцем, там его одаривает король и чествуют все подданные. Получив в дар волшебное зернышко, он обретает способность отвечать уроки, не уча их, отчего вскоре становится ленив, заносчив и драчлив. Учитель решает высечь ребенка, и тот от нервного потрясения тяжело заболевает. В бреду ему приходится проститься с Черной курицей, перед которой он мучается страшной виной - он рассказал в классе о подземном царстве, несмотря на зарок молчания. Утратив своего воображаемого друга, по выздоровлении Алеша становится покладист, скромен и примерен.

Отчетливая назидательность этой истории - помалкивай, будь послушен, прилежен и ласков - еще сильнее оттеняется фантасмагоричностью того мира, который рождает детское воображение. Эмиль КАПЕЛЮШ придумал сценографию, Сергей ВАСИЛЬЕВ - свет, Анастасия НИКОНОВА - костюмы, и вышло у них сумрачное, жутковатое, совсем не мило-уютное зрелище. Здесь школьники в ярких мундирчиках, в том числе и Алеша (Виктор ПАНЧЕНКО), и учитель в седом парике с косицей (Алексей БЛОХИН), выглядят более кукольными и сыграны в более шаржированных тонах, чем стимпанковские обитатели подземелья. Скафандры, ходули, фонари и клетки на головах, очки-колеса и носы-хоботки, из ржавых листов и прутьев грубо спаянные силуэты: таков этот мир - изнанка дневного, придуманный ребенком из обломков его бедной реальности мир, где у опасных рыцарей лица его однокашников, а добрый король - вылитый сухарь-учитель. Самым добрым к мальчику оказывается не человек, а тот, кого Алеша наделяет человеческими участливостью и благородством, - Чернушка в исполнении высокого, тонкого и пластичного Максима КЕРИНА.
 
Приемы кукольного и теневого театра, черные зеркала, светящиеся в темноте цветные дуги - вся театральная фантазия только подчеркивает антикварность вещи, взятой в основу постановки. В программке к спектаклю заботливо изложены и биография автора, и история школ в Российской империи, и смысл многих вышедших из употребления слов, не замененных на современные, а звучащих со сцены. Алеша - это не только настоящее имя автора сказки, но и имя его племянника и воспитанника, будущего писателя А.К. Толстого. Его строки звучат в финале: "Лишь только один я останусь с собою, Меня голоса призывают толпою..." - когда выздоровевший от болезни, равно как и от ребячества, веселости и фантазий Алеша, нахваливаемый за примерность, уходит один в глубину опустевшей сцены - вот она, цена исправления и взросления.
 
Щемящее одиночество мальчика, бегством из которого становятся фантазии, приносящие ему несчастья, практика избиения детей, которая некогда была частью учебного процесса, необходимость обуздывать свою природную веселость и непоседливость - даже лапку кота не погладить, даже на кукол не взглянуть, запрет на то, чтобы с кем-то делиться тайнами и мечтами, - бытовые и психологические исходные проблемы, зашитые в сюжете, проступают в ходе спектакля, вызывая сложные чувства. Только ли прошлое проходит перед нами, счастливей и свободней ли нынешние дети, и кто же, в конце концов, она - таинственная Чернушка, оборачивающаяся мужчиной, человек в перьях, хохлатый страж границы в неведомое? Зрители нежного возраста вряд ли задаются этими вопросами, смеясь над драками и танцами на сцене, а вот их родители могут.
Наталья Шаинян
Российская газета
scroll top