В РАМТе поставили спектакль о разобщенности поколений
Размер:  А  А  А    Цвет:  Обычная версия

В РАМТе поставили спектакль о разобщенности поколений

Кликните на картинку для увеличения
26.04.2017
В Российском академическом Молодежном театре (РАМТ) появился спектакль об отцах и детях. Вернее, о том, что их разделяет. В постановке "Олеанна" по одноименной пьесе американского драматурга Дэвида Мэмета режиссер Владимир МИРЗОЕВ исследует причины тотальной разобщенности поколений.
 
Поднявшись по крутой лестнице на верхний этаж РАМТа, попадаешь непосредственно в действие. Крохотная сцена, три десятка зрителей, актеры играют в двух шагах от них, фактически в зале. Режиссеру Владимиру Мирзоеву места не хватило, и он сидит рядом с актерами, благо сценограф Владимир КОВАЛЬЧУК упаковал пространство стульями и скамейками, а также всем, что требуется для университетской аудитории. Аскетичность убранства компенсируется вмонтированными в мебель светильниками, ими же исчерпываются сценические эффекты. Герои в спектакле только разговаривают, а в это время - совсем по Чехову - рушатся их судьбы.
 
Беседу ведут двое, студентка Кэрол и профессор Джон. Она - неприметная серая мышка с рюкзачком. Он - яркий, стремительный, громогласный. У девушки - проблема: получила неуд по профессорскому предмету, а ведь и на лекции ходила, и книжку профессора читала. Джону некогда ее выслушивать, надо ехать покупать дом. Но неожиданно для себя он соглашается прочесть посетительнице курс лекций - индивидуально.
 
О каком предмете идет речь, не уточняется, да и не суть важно. Главное, что девушка в нем ничего не понимает. Профессор, раздражаясь ее бестолковостью, приступает к обучению, а потом с удивлением обнаруживает, что их беседы стали достоянием общественности - студентка вела подробные записи.
 
И вот уже группа поддержки Кэрол цитирует "непонятные" термины профессора, предлагая запретить их употребление в учебниках. Дальше больше: ученица обвиняет Джона в сексуальных домогательствах. Жизнь его летит под откос - контракт с университетом не продлен, дом не куплен, сам он раздавлен морально и физически, а всего-то сказал девушке невинное: ты мне нравишься...
 
При этом Кэрол - совсем не чудовище, а профессор - далеко не жертва. Мария РЫЩЕНКОВА играет вполне привлекательную девушку, в меру умную, в меру проницательную, которую герой Евгения РЕДЬКО, сам того не желая, провоцирует на необдуманные поступки. А всё потому, что другого исхода их отношений не дано. Героев разделяет гигантская и непреодолимая стена непонимания.
 
Пьеса Дэвида Момета вышла в 1992 году на пике американского увлечения политкорректностью и многочисленными инструкциями по ее овладению. Главный вопрос, который задавали себе пострадавшие, звучал так: "Что нужно делать, чтобы слова собеседника были истолкованы правильно, а не с точностью до наоборот?" 
 
Владимир Мирзоев советов на сей счет не дает. Он просто показывает, как сталкиваются абсолютно разные сознания. И дело не только в том, что одно из них - зрелое, а другое - инфантильное, а в том, что эти люди изначально живут в разных мирах и во имя их же безопасности лучше им никогда не встречаться. В самом деле, поставил бы Джон студентке удовлетворительную оценку - и жил бы дальше в своем прекрасном мире. А Кэрол благополучно забыла бы его предмет, как и многие другие, и не взяла бы столько грехов на душу.
 
Однако и профессор, и студентка понадеялись на свою мифическую Олеанну. Так норвежские поселенцы назвали коммуну в Пенсильвании, мечтая превратить ее в цветущий город-сад, но земля оказалась каменистой и неплодородной. Момет сделал Олеанну символом утопии, а русский режиссер Мирзоев - олицетворением несбывшихся надежд, которые, впрочем, и не должны были сбыться.
Светлана Наборщикова
"Известия"
scroll top