Лицо эпохи
Размер:  А  А  А    Цвет:  Обычная версия

Театральная пл., д. 2
Тел.: +7(495) 692-00-69
+7(495) 692-18-79
А А А

Лицо эпохи

05.07.2017
- Одна моя половина хочет сказать одно, другая - другое.
- Это позиция большинства избирателей по любому вопросу.
Майкл Фрейн "Демократия"

Представьте себе: есть две страны, между ними - стена. В одной из них живут толпы людей: прекрасные женщины с таинственными улыбками, плачущие старушки, длинноволосые левые радикалы, подростки, едва определяющиеся в своих политических взглядах, и политики, жаждущие укрепить мир и распространить демократию (как они заявляют). Вторая же страна населена неприметными манекенами. Однако в ней ухитряются создать прекрасную службу внешней разведки. Это не фантастика - такими выглядят ФРГ и ГДР образца 1969 года в спектакле "Демократия" поставленном Алексеем БОРОДИНЫМ в РАМТе в этом сезоне.

На сцене огромная декорация, похожая на ряд окон, подсвеченная синим. Позже выясняется, что окна могут стать крутящимися дверями, из них может выстроиться и вход в кабинет министров, и мчащийся мимо городов и деревень поезд. Прожекторы высвечивают на полу прямоугольники, похожие на разложенные документы (недаром в спектакле то и дело фигурирует портфель с секретными бумагами). В левом углу сцены - пианист (Алексей КИРИЛЛОВ), не перестающий играть на протяжении всего спектакля и разбавляющий музыкой сложный для восприятия текст Майкла Фрейна.

В современном театре все более популярными становятся постановки, смешивающие форматы: драматическая хореография, трагедия на жестовом языке, арт-перформанс... "Демократия" же верна своей драматургической основе. Спектакль текстоцентричен, слов в нем иногда даже "слишком много": публичные речи, личные беседы, пикировки. Все это подано в однообразной малоэмоциональной манере, отчего текст "перерастает" своих персонажей. Он заполняет весь спектакль, и зрителей захватывает мантра министерских событий, попоек, идей, разочарований, стремлений и обещаний. В спектакле о политике, которая строится на искусном владении словом, подобный текстовый массив оказывается весьма органичным. Поневоле призадумаешься: а так ли внимательно люди слушают выступления членов правительства за пределами театра?

В "Демократии" два ключевых персонажа. Первый - Вилли Брандт (Илья ИСАЕВ), успешный политический деятель, избранный Федеральным канцлером ФРГ. Во время Второй мировой войны он скрывался от нацистов в Норвегии, Франции, Испании и вернулся в свою страну "с чистыми руками" (как считают его сторонники). Он - миротворец, его цель - поселить в Германии настоящую демократию и по возможности объединить две разделенные части государства с общими языком, историей, культурой. Вилли стремится сделать так, чтобы германскому народу не было стыдно перед всем миром. Второй персонаж - Гюнтер Гийом (Петр КРАСИЛОВ), восточный немец, назначенный сотрудником аппарата канцлера как выразитель гласа народа, с которым придется иметь дело новому правительству. Его главная цель - чтобы "Миша был доволен". Миша - это глава внешней разведки ГДР, ну а Гийом - шпион. Очень успешный шпион, раз подобрался так близко к "великому кормчему" Вилли.

По сюжету проходит два года, прежде чем Гюнтер Гийом, поначалу не нравившийся великому канцлеру, становится его личным помощником-референтом. Через три с половиной года Вилли, беседуя с Гийомом за бокалом вина, заводит разговор о шпионах. Оказывается, канцлеру не понаслышке знакомо, каково это - скрываться и бояться, что тебя вычислят. Вилли не говорит напрямую, подозревает ли своего секретаря, вот только тот практически уверен: он знает. И Гийом просит своих начальников в Восточной Германии избавить его от тяжкого бремени двойного агента. Но из шпионов не увольняются по собственному желанию, и пока Гюнтер не раскрыт, он вынужден продолжать действовать.

На сцене все время ведется двойная игра, и это не только оборот речи. В мизансцене режиссер Алексей Бородин использует тот же прием, что и во второй части "Берега утопии" (популярном спектакле РАМТа по пьесе Тома Стоппарда). На сцене одновременно существуют и даже взаимодействуют персонажи, которые по сюжету пьесы не пересекаются. Куратор восточной разведки (Андрей БАЖИН) все время находится на сцене и не дает забыть, на кого работает Гийом на самом деле. Он сидит с министрами за одним столом, пожимает им руки, но остается незамеченным. Его условное присутствие - прием, хорошо отражающий суть работы шпиона.

Тонкая работа актеров в спектакле очень убедительна. Когда у "великого кормчего" садится голос и он говорит еле слышно, зритель лучше понимает замотанного выступлениями политика. Когда двойной агент описывает поездку в свой последний отпуск, зритель за пантомимой видит настоящую погоню на скорости 160 по парижским улицам. Когда помощник и канцлер становятся на уровне зрительного зала по обе стороны от подиума и беседуют в последний раз, зрителю очевидно, что они сидят за столом, как когда-то… Грамотно выстроенная театральная условность продолжает создавать эффект реальности даже на поклонах. Петр Красилов "пристраивается" за спиной сначала одного, а потом другого "начальника", выходя с ними по очереди на авансцену. Казалось бы, спектакль завершен, но, благодаря такому режиссерскому решению финальных выходов на поклон, мы не перестаем видеть в актере его персонажа - Гюнтера Гийома, так и не определившегося до конца, с кем он. Вернее, необъяснимо соединившего в себе два разных мировоззрения и повлиявшего на соединение двух половин одной страны.

"Демократия" - личная история, но только зрителю решать, кого из героев в первую очередь: талантливого шпиона или великого канцлера. В этой истории среди тонны сказанных слов главную роль играют четкие цели и конкретные поступки. После спектакля хочется думать о вере в идею, об убежденности человека в собственных действиях или хотя бы в их направлении, а не о политическом устройстве государства. А впрочем, откуда берутся партии, идеологии и векторы управления, как не из личных убеждений тех, кто не боится что-либо делать?
Мария Крашенинникова-Хайт
"Театрон"
scroll top