Зовущие к мечте
Размер:  А  А  А    Цвет:  Обычная версия

Зовущие к мечте

01.06.2010

Когда-то, на заре перестройки, разрешили выезд на ПМЖ в другие страны, но брать с собой можно было очень ограниченный багаж. Провожая приятеля в Штаты, я спросила - о чем, что оставляет здесь, он будет тосковать. И он - вполне состоявшийся ученый-физик весьма зрелого возраста, накануне отъезда распределявший между друзьями книги из своей роскошной библиотеки и доставшуюся в наследство от предков коллекцию старинного фарфора, - почти не задумываясь, ответил: об "Алых парусах" издания 1967 года. Наверное, это была любимая книга его детства.
Хорошие книги (да и не только книги) в те времена были в дефиците. И хотя Александр Грин официально запрещен не был, издавался столь малыми тиражами, что достать его было очень непросто И все же для подростков шестидесятых годов был писателем культовым. И не только из-за фильма с юной красавицей Анастасией Вертинской (признаюсь, книгу я любила больше, чем фильм). В эпоху лозунгов победившего материализма, спертого воздуха запертой на крепкие засовы страны, Грин будоражил воображение романтическими далями неведомого Зурбагана, зовом к несбыточной, безумной, а потому особенно желанной мечте.

Все это я вспоминала, возвращаясь с премьеры РАМТа - мюзикла "Алые паруса". Авторы либретто (М.Бартенев и А. Усачев) литературный текст использовали как основу, внеся много своего. Конфликты стали жестче, непримиримее - и несчастной матери Ассоль (Нелли Уварова) с трактирщиком Меннерсом (Вячеслав НИКОЛАЕВ), отдающим ее на поругание пьяной матросне, и между Меннерсом и Лонгреном (Илья ИСАЕВ). Введены персонажи, которых у Грина не было, вроде компании байкеров во главе с разбитной хозяйкой веселого притона. Изменились и многие из персонажей: собиратель фольклора Эгль, который рассказывает маленькой Ассоль сказку о корабле с алыми парусами, здесь - местный сумасшедший, неприкаянный и всеми гонимый поэт-оборванец (Алексей БЛОХИН). Хин Меннерс - сын погибшего трактирщика (Денис БАЛАНДИН) - предстает не угодливо-хитрым торгашом с подслеповатыми глазами, а обаятельным светловолосым юношей, необычайно пластичным и изящным. И Грей (Александр РАГУЛИН) совсем не похож на юного отпрыска аристократического рода, томимого прекрасной мечтой. В спектакле он - обветренный всеми ветрами морской волк, почти утративший надежду на то, что "жемчужина", которую он ищет по всем портам мира, бороздя волны морей и океанов, существует.

Но, странное дело, при всем пиетете к творчеству Грина, весьма радикальные изменения его текста меня не смутили, ибо пьесу я восприняла как самостоятельное произведение. Разве вмешательство Модеста Чайковского в роман "Евгений Онегин" Пушкина кому-нибудь мешает наслаждаться гениальной оперой? Кто-то сетует на искажение "Пигмалиона" Шоу в мюзикле "Моя прекрасная леди"? Здесь тот же случай - перевод литературной первоосновы на язык сцены, адаптация к жанру музыкального спектакля, сохранившего главное - возвышенный, приподнятый, романтический настрой гриновской интонации, которой пронизано динамичное, яркое и очень зрелищное действо.

Музыка (композитор Максим ДУНАЕВСКИЙ) - важнейший компонент постановки. Бессмысленная безнадежность существования в этой богом забытой дыре, где "только соль, да креветки для пива", "волны и ветер, белый морской песок" звучит в хоре жителей Каперны, разудалый кураж завсегдатаев притона, пытающихся заглушить пустоту ритмами и грохотом тяжелого рока, веселье ступивших на берег моряков, опьяненных радостью, что под ногами - после долгого плавания - земная твердь (музыкальный руководитель - Натали ПЛЭЖЕ, хормейстер - Максим ОЛЕЙНИКОВ).
Сольные партии - колыбельная умирающей матери, полная и отчаянной тоски, и глубокой нежности, страстная мольба о любви Меннерса-сына, песнь Ассоль - песнь одиночества и веры.
Инструментальные партии звучат не только в записи: композитор вплетает музыку в действие, вводя трио кабацких музыкантов (Андрей СИПИН, Геннадий ЛАВРЕНТЬЕВ, Илья АРХИПОВ), активно участвующих во всех событиях или аккомпанируощих Ассоль, согласившейся быть их солисткой. Музыка - и среда обитания персонажей, и отражение их внутреннего, затаенного мира. Именно она создает ощущение той ирреальности реального, той поэтической условности, которая создает атмосферу спектакля и помогает нам по-новому увидеть себя самих.

Художественное оформление - не просто фон, а вписанная в общий контекст важнейшая составляющая часть спектакля (сценография и костюмы - Станислав БЕНЕДИКТОВ). Нависшие над площадкой металлические треугольники воспринимаются как паруса этого жесткого мира, толстые канаты, уходящие куда-то ввысь, - не только обыденная примета суровой, полной опасностей жизни рыбацкого поселка, но и шторм, когда, колеблемые под ураганный свист и вой ветра, напоминают волны бушующего моря. А поражающее своей грандиозностью сооружение, похожее на борт выброшенного на берег огромного корабля, многофункционально По ходу действия оно может превратиться в лачуги жителей, судачащих из окошка в окошко о событиях поселка, таверну Меннерсов, мастерскую Лонгрена с игрушечными каравеллами и бригантинами, башню старого маяка, на верхнюю площадку которого каждый день поднимается Ассоль, чтобы остаться наедине со своей мечтой.

Художник изощренной изобретательности, С. Бенедиктов использует все возможности сценографии для создания цельной, математически выверенной и образной стилистики, емкой и лаконичной.

Построив многоуровневое пространство, он предоставляет возможность использовать его и по горизонтали, и по вертикали, что придает мизансценам символически обобщенный смысл.
Нижняя площадка - пустынный берег моря, пустота повседневности и попытка заглушить тоску пьянством, выше - эстрада музыкантов, находящих радость бытия в некоем подобии творчества, а на самом верху - башня маяка, как недосягаемая вершина Мечты, взлета творческого начала.
Разнообразие световых эффектов, способных передать промозглость и холод штормовой ночи, зной берега, таинственные тени медленно скользящих парусов (художник по свету Андрей ИЗОТОВ), символика цвета с контрастами серого (борт корабля, костюмы хора - унылые краски земли), синего (гамма фона - неба, слившегося с морем) и алого.

Алый - это гриновская краска радости и душевного тепла, это - любимый шарфик матери, который потом загорится парусами игрушечного фрегата, сработанного Лонгреном. Это - туника Ассоль, так не похожей ни на своих соседей-рыбаков, ни на юнцов байкерской компании, затянутых в сверкающие кожаные "косухи". Детали костюмов тоже символичны. Так, например, рыбацкая сеть - чуть ли единственная игрушка маленькой Ассоль. Повзрослев, она использует ее как кокетливый аксессуар нехитрого наряда, а во время венчания с нелюбимым сеть становится фатой невесты - метафорой несвободы.

Героиня в исполнении Рамили ИСКАНДЕР - девушка странная. Это - не нежный экзотический цветок повести Грина, каким-то чудом выросший на обывательском огороде, а, при внешней хрупкости, существо, упрямо стремящееся к какому-то нездешнему, счастью. Она - плоть от плоти своего отца, сильного и мужественного человека, способного и к преданной и большой любви, и к беспощадному мщению, она - дитя и ласкового и безжалостного моря. Неуклюжий маленький дичок поначалу, дочь отверженного и сама - отверженная, преследуемая сверстниками, она привыкла к одиночеству на пустынном берегу и пока не знает, что в мире есть иллюзии. И потому сказка Эгля, такого же чужака в этом мире, воспринимается Ассоль как откровение, как реальность. Вырастая, она сохраняет обаяние, прелесть яркой индивидуальности. Ее необычность, непохожесть на других, свойственное ей творческое начало, вызывая пересуды окружающих, одновременно притягивает их. Байкеры во главе с обольстительно-бесшабашной и циничной хозяйкой притона (Мария РЫЩЕНКОВА), названного со злой иронией "Маяк", на ревущих, сверкающих огнями фар квадроциклах, оглушают ее одуряющим hard-rock’ом, безумием судорожного пляса (балетмейстер Михаил КИСЛЯРОВ). Они бы рады вовлечь ее в свою круговерть, но их утверждение - "мечты - пусты", их призыв - "люби, пока любится" - не для Ассоль. Только в ней поэт и мечтатель Эгль находит участие и отклик на свои дивные фантазии. Ее зовут в свои солистки кабацкие музыканты, обещая быстрый и легкий заработок. даже отчаявшийся в земляках, усомнившийся в самой вере священник (Владислав ПОГИБА) может исповедаться только ей. И местный "принц" - сын погибшего Меннерса - богач и красавец, охваченный нешуточной страстью, - готов ради ее любви отречься от отца и матери (Елена ГАЛИБИНА),
отказаться даже от своего имени.

Через какие увлечения и соблазны юности нужно пройти героине, от чего отказаться, какие сомнения испытать, чтобы сохранить независимость и верность призванию? Чтобы утвердиться в мысли ждать чуда - трудная работа. Ежедневная, вроде ежевечернего зажигания заброшенного маяка на берегу, куда давно не приставал ни один корабль, вызывающая насмешки и презрение. Но только эта изнурительная и жертвенная вера поможет осуществиться мечте, наполнит жизнь красотой и смыслом, И каждый вечер Ассоль взбирается на высокую башню, откуда все человеческие проблемы кажутся мелкими и суетными, где можно увидеть море, сливающееся с небом, мир великий и прекрасный, мир вечности. И послать, как весть, свой призыв, свою песню неведомому капитану.

Я построю маяк до неба,
Я на небе зажгу звезду,
Чтоб кем бы ты ни был,
И где бы ты ни был,
Ты знал, что тебя я жду...

И Грей появится. Совсем не похожий на того, книжного - молодого отпрыска аристократического рода. Здесь это зрелый, обветренный ветрами всех морей и океанов капитан корабля, искавший свою единственную жемчужину во всех портовых кабаках и почти изверившийся, в том, что она существует. Случайность прибивает его к этому берегу. Случайность или предопределение?

Слабый, почти затухший огонек надежды вновь вспыхивает в нем при встрече с Ассоль. Решение - моментально: он окрасит вином, что хранится в трюме, грубый холст, он явится к ней под алыми парусами. Он спасет ее от венца, от жертвы, от вынужденного брака, да-да, я не оговорилась - брака. Преобразив Меннерса-сына в юношу романтично-порывистого, мечтающего проникнуть в неведомый ему мир Ассоль, похожего скорее на гриновкого Грея, чем на наследного трактирщика, авторы дополнили сюжетную канву оригинала историей его любви к дочери врага. Любви всепоглощающей и неистовой. И беспощадной. Он не может завоевать ее сердце - и, разоблачая себя, идет на шантаж: в обмен на свободу отца, которому грозит тюремный срок, Ассоль должна выйти за него замуж.

Режиссерский замысел очевиден и внятен: блистательная форма и внутреннее содержание не аутентичны. Подлинная глубина и правда чувств могут иметь вид отнюдь не презентабельный. И все же выбор Ассоль в этом спектакле оставляет чувство смутной неудовлетворенности. Грей предстает здесь уж слишком усталым от жизни персонажем и явно проигрывает молодому Меннерсу. Его достоинства понимаешь лишь умозрительно, через слова роли: актеру явно не хватает красок, харизматичности для придания своему персонажу той силы и значительности, той обобщающей образности, что затмят очарование соперника, нет проявлений мужественности, которая, несмотря на скепсис и житейские уроки, заставит героя пойти наперекор общественному мнению и развернуть алые паруса надежды.

Но в целом череда проходящих перед зрителем персонажей, каждый из которых несет свою правду, собственное оправдание бытия, сыграна убедительно, темпераментно.

Есть особая прелесть в том, что молодых в этом спектакле играют их сверстники. По сути - это они сами, со своими размышлениями о смысле жизни со всеми ее противоречиями, о собственной самоидентификации, с поисками пути, с проблемой выбора. Может, кому-то покажется, что порой кто-то из актеров не имеет достаточного опыта для такого большого и сложного спектакля с его обнаженным нервом, что музыкальные хоры не всегда слаженны. Все это сторицей искупает общее впечатление полной самоотдачи, абсолютной искренности, эмоциональной наполненности каждой сцены и замечательное чувство ансамбля, присущее труппе РАМТа.

Постановщик спектакля Алексей Бородин не навязывает, а на равных с исполнителями ищет ответы на вечные и всегда актуальные проблемы бытия. Несмотря на возраст, он так же молод, как и его актеры, - тот же азарт, неутомимая энергия, то же неиссякаемое воображение. Только он более мудр: сказывается богатый опыт, широкая эрудиция и глубина размышлений над парадоксами жизни. И эта мудрость помогает ему акцентировать внимание труппы на том, что действительно является главным. Отказываясь от малейшего намека на сантименты и модный гламур (наверное, поэтому здесь нет места лучшему шелку для парусов особого оттенка, редким винам из фамильных погребов, богатому замку в перспективе, поэтому его Грей прост и суров), он строит спектакль на заостренных конфликтах, на необходимости бескомпромиссного выбора между жизненными ценностями, между материальным умиротворением и изнурительной
неудовлетворенностью творческого существования. Увлекая поэтическим языком подлинно современной романтики, А. Бородин ведет откровенный разговор о жизни, о любви, о признании, о творческом начале, присущем каждому, апеллируя прежде всего к молодым - поколению, воспитанному на мещанских банальностях современного  прагматизма. Но создает спектакль, как и все по-настоящему серьезное и значительное, нужный людям любого возраста. Он использует традиционную композицию: от сумеречно-мрачной экспозиции, трагической завязки с поруганием, 6есконечно-печальной колыбельной и смертью Матери, ведет героиню сквозь цепь переплетенных между собой конфликтов, насыщенных всем разнообразием интонаций, и, когда, кажется, безысходность вот-вот поглотит Ассоль, взрывает действие торжеством финального апофеоза.

В окрыляющей мечте, чей зов так странен среди убогой скудости бытия, в соединении несоединимого, - отражение и судьбы Александра Грина. Писателя, испытавшего немало страданий, нищету, болезнь и унижения, но пронесшего сквозь года жажду чуда,
творившего это чудо всю жизнь, романтика, в чьих произведениях свет побеждает тень, а мечты непременно сбываются. И разве он не прав, если его книги, его мысли и чувства созвучны все новым и новым поколениям?

...Последняя сцена спектакля: венчание Ассоль с сыном Меннерса, как жертвоприношение, как предчувствие гибели. Но внезапно - спасение: паруса - те долгожданные, алые и сам капитан сказочного корабля. Герои протягивают друг к другу руки, и когда их пальцы вот-вот соединятся, борт старого судна, что столько лет ржавело на берегу, расколется надвое, превратившись в новый, готовый к странствиям по волнам жизни галиот. Расколется, разнеся Ассоль и Грея в разные стороны. В сверкании молний, под шквал ветра, грохот шторма, прозвучит финальный дуэт героев, и на авансцену с сияющей улыбкой выйдет девочка Ассоль с игрушечной яхтой в руках - случилось ли все рассказанное или только привиделось? Какая разница, если над всем пространством зрительного зала взовьются, напутствуя, алые паруса - пламенные паруса мечты и надежды.

Через море обид,
Через горы невзгод,
Он к тебе приплывет...

Нила Петрова
Театральный мир
scroll top