"Одиссея" Тома Стоппарда
Размер:  А  А  А    Цвет:  Обычная версия

"Одиссея" Тома Стоппарда

14.10.2011

Возможность с умом проводить выходные в Москве появилась, когда Алексей БОРОДИН поставил в РАМТе трилогию Стоппарда "Берег утопии" - три года ее играют единым блоком с полудня до ночи. В нынешнем сентябре РАМТ дал новую пищу для ума: Адольф ШАПИРО поставил в Молодежном стоппардовский "Rock'n'roll". Продюсер спектакля Наталья НИКОЛАЕВА инициировала вокруг премьеры целую обойму событий: "Corpus" издал пьесу, чешская андеграундная группа The Plastic People of the Universe дала благотворительный концерт, в Центре братьев Люмьер открылась выставка Йозефа Коуделки, фотографировавшего русские танки в Праге в 19 68-м. Последнее событие имеет для Стоппарда личное значение. История Яна, чешского еврея, оказавшегося в Британии ребенком в начале Второй мировой и по окончании Кембриджа возвращающегося на родину, была для Стоппарда "попыткой автобиографии в параллельной реальности" - но только отчасти. "Rock'n'roll" слишком крупная для автобиографии вещь. Это настоящая одиссея современного интеллектуала. В ней есть свои Сцилла и Харибда - тоталитарная власть и диссидентство, и путь между ними - рок-н-ролл. Есть Троя, в падение которой не верили ни осаждавшие, ни осажденные - СССР и коммунистическая идея. В конце концов, есть Пенелопа, дожидающаяся Одиссея положенные 20 лет. Стоппард не так прост, чтобы попросту подложить под современную историю эпическую схему. Драма, как вывел Аристотель, это эпос в синтезе с лирикой. И Стоппард не просто заставляет героев страдать и чувствовать - он делает камертоном их переживаний поэзию Сапфо.

"Rock'n'roll" - редкий образец драматургического хай-тека. В основу грандиозного построения заложен фундаментальный вопрос - возможен ли иной, кроме коммунизма, проект справедливого общества, а между понятиями, людьми и событиями переброшены мощные арки - ни одна сюжетная линия не повисает в воздухе, ни один персонаж не остается без дела, ни одно слово не бросается на ветер.

Сценограф Александр ШИШКИН увидел пьесу как здание - и выстроил конструкцию из кирпича и ржавого металла во всю ширину сцены, отведя в ней место для кембриджской гостиной и чешской однушки, отсек для надувного танка, шесток для Сида Барретта. Вышел не только функциональный станок, но еще и многозначный образ вместе взятых символических стен - от "Стены" Pink Floyd и Берлинской стены до стен Леннона в Праге и Цоя на Арбате. Для рок-н-ролла создает философскую систему, в которой власть и оппозиция уподоблены двум полюсам одной системы - инквизиции и еретикам, а рок-н-ролл - внесистемному явлению, то бишь язычеству, верховное божество которого Паи из песни Сида Барретта. да что там - это сам Сид, которого мир ловил в свои сети, но не поймал, в отместку назвав сбрендившим укурком. Похоже, Адольф Шапиро услышал хеппи-энд в печальном стоппардовском финале, где The Rolling Stones дают концерт на пражском стадионе, а параллельно кембриджская студентка переводит с древнегреческого: "Великий бог Пан умер". Но бог с ним, с финалом, главное - спектакль. Про него довольно будет сказать, что актерам (в главных ролях Илья ИСАЕВ, Петр КРАСИЛОВ и Рамиля ИСКАНДЕР) еще предстоит наполнить жизнью сложное построение. В сентябре мы увидели на сцене еще не саму жизнь, но, скажем так, усилие в правильном направлении. Но нет никаких оснований сомневаться в том, что в октябре оно приведет к результату.

Елена Ковальская
Афиша
scroll top