Юрий ГРЫМОВ: "Прощай, кино?.. Да здравствует театр!"
Размер:  А  А  А    Цвет:  Обычная версия

Юрий ГРЫМОВ: "Прощай, кино?.. Да здравствует театр!"

Юрий Грымов
Кликните на картинку для увеличения
01.09.2013
Юрий ГРЫМОВ, режиссер, известный по таким кинокартинам, как "Му-Му", "Коллекционер", "Казус Кукоцкого", в интервью журналу "AviaReview" рассказал о том, почему он разочаровался в кино, о радостном и печальном в современной действительности и о новом спектакле в Российском академическом Молодежном театре, премьера которого состоится в октябре.

- Вы снимаете кино, руководите телеканалом, скоро премьера вашего спектакля в театре… Как вы все это успеваете?

- Чтобы что-то успеть, не надо торопиться. Я не считаю, что сильно перегружен. Мои интересы напрямую связаны со мной, мне интересно все, что я делаю. И потом, все это делается не одновременно. Например, тот же спектакль я начал готовить еще полгода назад, до того как стал генеральным продюсером на телеканале "Дождь". Хотя, признаюсь, не очень люблю "параллелить". Сейчас, например, постановка спектакля совпала с подготовкой нового сезона на "Дожде". Это непросто - любое дело требует большого погружения именно на выходе. Но в этот раз так совпало, и с этим нужно справляться. А вообще, я люблю, закончив одно дело, переходить к другому.

- Сложно переключаться с одного вида деятельности на другой?

- На самом деле я занимаюсь одним и тем же. Я же не перехожу от кино к ресторанному бизнесу, а от театра - к автозаправке. Я занимаюсь постановкой, сочинением вымышленной жизни. Это может быть театр, может быть кино, в меньшей степени - телевидение. Но в конечном итоге это все - одно и то же дело, причем любимое. При этом у меня уже нет желания самоутвердиться - это хорошо в 20-25, а в моем возрасте это глупость. Все, что я делаю, не связано ни с какими карьерными амбициями. Просто в данный момент времени мне это интересно. Осенью прошлого года мне позвонил художественный руководитель РАМТ Алексей Бородин и сказал: "Я бы хотел, чтобы ты что-нибудь у нас поставил". Я, конечно, с радостью согласился, потому что и театр уникальный, и сам Бородин - прекрасный человек, каких сейчас мало. Тем более что я к этому моменту окончательно разочаровался в российском кино и практически отказался от планов поставить свой новый фильм. Поэтому театр для меня сейчас - осознанный и желанный выбор.

- Вы говорите о детском фильме "Поллианна", который хотели снять к 2015 году?

- Да, и о "Поллианне", и о проекте "Искушение Адама", который мы готовили последние два-три года. Вы понимаете, российский кинематограф сегодня существует в двух видах. Первый - это кино, снятое на деньги государства, второй - фильмы, сделанные на частные инвестиции. Практически государственное кино - это единственный существующий вид. У нас ведь нет киноиндустрии. Что бы там ни говорили, частные деньги в кино не приходят, это все вранье. Потому что вероятность вернуть те 3-5 млн долларов, которые человек вложит в фильм, равна нулю. Я считаю, что государство должно выйти из прямого финансирования, но создать такие условия, при которых кино будет выгодно снимать (я писал в свое время открытое письмо с конкретными предложениями по данной теме). На государственном финансировании должно остаться только детское кино (для детей 7-12 лет), так как это заведомо финансово убыточное направление. Тем более что наших детей сейчас на 100% воспитывает американский кинематограф, закладывая в них соответствующие ценности, картину мира, манеру говорить, двигаться, одеваться. Они учатся мыслить через эти фильмы. Поэтому у меня была надежда на поддержку государства, когда я взялся за "Поллианну". К сожалению, поддержки я не получил, что стало дополнительным поводом к разочарованию. Сценарий есть, замечательная актриса, девочка Анисия, есть, но ничего не происходит, а она растет, взрослеет, еще год-два, она станет подростком, и это будет уже совершенно другая история. Может быть, к этой теме я еще вернусь, но на помощь государства уже не надеюсь.

- Сегодняшнее российское кино, по крайней мере, то, что идет по ТВ в прайм-тайм, в большинстве своем низкопробное. С чем это связано, на ваш взгляд?

- То, что вы видите, не имеет отношения к собственно кинематографу. Телевизионные сериалы - это большая индустрия, где работает много аффилированных компаний, когда деньги перекладываются из одного кармана в другой. Во Франции, например, телеканалам запрещают работать постоянно с одной и той же компанией. У нас это никто не регулирует. Это просто поток, забивающий время в эфире. Да, бывают удачные работы, бывают неудачные. Я свою работу с телесериалами закончил, когда снял "Казус Кукоцкого" и понял, что работы такого уровня не нужны. Неважно, что его смотрят люди и я получил за него много призов. Просто такой подход к телевизионному кино на телеканалах не нужен. Там сейчас принято "штамповать". Это данность сегодняшнего дня.

- Но ведь это отнюдь не на пользу культурному уровню нации…

- Культура сейчас, как бы это сказать, размывается. Все то, что мы называем национальным, превращается в универсальное. То есть в никакое. Без хребта, без опоры, без специфики и колорита. Все разговоры об укреплении национального начала не подкрепляются конкретными действиями. Это касается очень многих вещей, в том числе и кинематографа. Российского кино сегодня нет, как нет и польского кино, и венгерского, и чешского. Кино превратилось в шоу, в аттракцион для четырнадцатилетних. Мне есть с чем сравнивать - я застал еще тот кинематограф, который заставлял думать, спорить. Сейчас и зрителя такого нет, или же он прячется дома, смотрит кино на DVD, в Интернете, потому что в кинотеатрах или на ТВ ему "ловить" нечего. Нынешние тридцатилетние уже не готовы смотреть серьезные фильмы. А вот совсем молодыми людьми еще можно серьезно заниматься.

- Чем же так выделяются молодые люди "до 30 лет"?

- Они более свободные. У них выше чувство собственного достоинства, нет порога страха, как у поколения их родителей, они могут смелее отстаивать свои интересы. Хорошо и то, что сегодня появилось огромное количество информации - в том же Интернете, например. Готов ли человек обрабатывать такое количество информации, сумеет ли он ее правильно освоить, проанализировать, сделать свои выводы - это другой вопрос. Но то, что ее стало больше, однозначно позитивный факт. А обрабатывать информацию человека просто надо учить, и это, мне кажется, одна из глобальных задач нашего образования, которое, особенно сейчас, в век ЕГЭ, не учит ни творить, ни мыслить. Кстати, когда-то в России состояться в обществе можно было только благодаря творчеству! Все пели, писали стихи, рисовали, музицировали - и чиновники, и военные. Без этого вас в обществе бы попросту не замечали. Сейчас уже давно этого нет. И очень жаль.

- Как думаете, есть выход из этой ситуации? Возможно ли, например, возродить российское кино?

- Думаю, что российский кинематограф уже исчез безвозвратно как национальное явление. Его приметой был культ режиссера - человека-автора. Рязанов, Данелия, Ромм, Пырьев… Сегодня подобного практически не существует - успех режиссеров определяется тем, насколько фильм похож на голливудский. И чем больше он похож, тем он успешнее. Может быть, наше кино обретет какое-то свое лицо, но пока этого не произошло, пока мы копируем Голливуд. Начиная с 80-х годов происходит очень сильная экспансия американского кино. Режиссер у нас сегодня не личность - автор, а функциональная единица, "приготовляющая" фильм по уже имеющимся лекалам. Найти деньги на свою собственную позицию крайне трудно, поэтому хорошего кино в нынешнем потоке - не более 5%. Когда-то мы действительно были кинодержавой. А сейчас мы вошли в тройку мировых лидеров по прокату американского кино! Вот в чем сегодня наши достижения…

- А как же "Легенда №17", которую с таким восторгом восприняли российские зрители?

- Успех "Легенды №17" зиждется на двух вещах: это гордость за советский хоккей и ностальгия по ушедшим временам. Обратите внимание, фильм снят в духе 70-х годов - сама история, манеры героев, монтаж, свет. Для меня это грустно: я не увидел в этом кино никаких современных художественных решений, лишь эксплуатацию старых. А это опять же означает, что мы не производим ничего нового. Да, наши люди хотят смотреть на себе подобных. Но без грамотной государственной поддержки пробить стену из американского кино сейчас практически невозможно (впрочем, то же касается не только кинематографа, но и многих других сфер отечественного производства, находящихся в настоящее время в запустении). Вот когда мы будем снимать по 400 картин в год, тогда можно будет говорить о возрождении киноиндустрии. Однако заинтересованности в этом государства я пока не вижу. И с этим отчасти связан мой уход в театр. Параллельно с запуском спектакля в РАМТ я уже ищу пьесу для новой постановки.

- Поставить "Цветы для Элджернона" Дэниэла Киза - это ваша идея?

- Да. Я прочитал эту книгу, и мне показалось, что очень интересно рассказать эту историю сегодня. Тем более что в мире делали только экранизации этого романа, но не было ни одной официальной театральной постановки. Если раньше я обращался к личностям больших людей (Курт Кобейн, Сальвадор Дали. - прим. ред.), то теперь решил поговорить о наполненности человека сегодняшнего - традиционного, неповторимого, библейского, - каким нас создал Господь... Играть все роли будут актеры РАМТ, таково было условие худрука театра, и я с удовольствием это принял. Для исполнителя главной роли - Максима КЕРИНА - это будет дебют, и я считаю, очень удачный дебют.

- Почему на этот спектакль стоит прийти?

- Зачем вообще люди ходят в театр? Чтобы в зале увидеть себе подобных, побывать в среде, которая тебе симпатична. Люди в театре сливаются в едином порыве - как, к примеру, болельщики на стадионе. Во-вторых, театр - это всегда приобретение новых знаний о себе. Ты открываешь в себе какие-то новые чувства, переживания, получаешь ранее неведомые впечатления. Вообще, мне кажется, если в спектакле нет чего-то новаторского, то нет никакого смысла его ставить. Новаторство в театре необходимо. И зритель здесь готов к эксперименту больше, чем в кино. В "Цветах для Элджернона" будет много интересных визуальных решений, в частности, это касается декораций. Я думаю, что этот спектакль даст пищу для ума и опытным театралам, и зрителям, которые придут в театр, возможно, впервые. Это очень важно, когда каждый находит в спектакле свое звучание. Кто-то увидит интересные художественные решения, кто-то - захватывающую историю молодого человека, историю о самом себе. Если о спектакле скажут: "Это интересно", - поверьте, это очень многое. А я гарантирую: это будет интересно.
Елена Рычкова
AviaReview
scroll top