Алексей БОРОДИН: "Мне близка тема утопии"
Размер:  А  А  А    Цвет:  Обычная версия

Алексей БОРОДИН: "Мне близка тема утопии"

21.08.2009
В четверг, 20 августа, в Российском академическом Молодежном театре, который в Москве чаще называют РАМТ, прошли сбор труппы и объявление планов на новый сезон. Планы поражают своим размахом.

До декабря театр готовится выпустить пять премьер творческой лаборатории "Молодые режиссеры - детям" и два спектакля "Ночного проекта", которые будут начинаться в 21.00: "Приглашение на казнь" Набокова в постановке Павла Сафонова и "Под давлением 1-3" немецкого драматурга Рональда Шиммельпфеннинга, которую ставит выпускник Сергея Женовача Егор Перегудов.

На декабрь запланирована премьера музыкального спектакля "Алые паруса", инсценировку которого написали по повести Александра Грина Михаил Бартенев и Андрей Усачев, музыку сочинил композитор Максим Дунаевский, а ставит его сам художественный руководитель РАМТа Алексей Бородин.

В первой половине 2010 года зрителей ждет спектакль от кинорежиссера Кшиштофа Занусси по пьесе "Доказательство" Дэвида Оберна и пьеса Тома Стоппарда "Рок-н-ролл", которую ставит англичанин Дэвид Лево. О подробностях реализации масштабных замыслов Алексей Бородин рассказал корреспонденту "Газеты" Ольге Романцовой.


- Алексей Владимирович, в нынешнем сезоне у РАМТа, пожалуй, самые интересные планы. Как вам удалось пригласить на постановки Кшиштофа Занусси и Дэвида Лево?

- С Кшиштофом Занусси мы познакомились на кинофестивале в Баку - разговорились, оказавшись за одним столом на завтраке. Мне очень нравятся его фильмы, и, зная, что он ставит спектакли во многих странах мира, я заговорил с ним о возможной постановке в РАМТе. Занусси предложил пьесу Дэвида Оберна "Доказательство", которая мне понравилась. Ее еще не переводили на русский язык, перевод готовят сейчас. Занусси приезжал в Москву, смотрел все наши спектакли, встречался с актерами, консультировался со мной и в результате выбирал тех, кто будет у него играть. А с Дэвидом Лево мы познакомились благодаря Тому Стоппарду. Мы решили продолжать сотрудничество после российской постановки "Берега утопии", и он дал мне свою пьесу "Рок-н-ролл". Мне хотелось, чтобы эту пьесу поставил режиссер из Англии. Стоппард предложил Дэвида. Несколько дней назад я был в Лондоне, видел его спектакль, на мой взгляд, очень интересный, и мы договорились.

- А где вы нашли столько молодых талантливых режиссеров?

- Это ученики Сергея Женовача. Я с большим уважением и творческим интересом отношусь к нему и его педагогической работе. В сентябре прошлого года мы решили устроить творческий эксперимент: три дня шесть молодых режиссеров, его студентов, и 15 наших артистов работали над спектаклями для детей до 10 лет. Они показали нам с Сергеем Васильевичем свои "заявки". Самые удачные из них станут полноценными спектаклями. Часть из них - постановки для детей, а спектакль "Под давлением 1-3" по пьесе Шиммельпфеннинга вошел в наш "Ночной проект" - это спектакли, которые будут начинаться в 21.00. Мне кажется, что театр сейчас должен и в какой-то мере обязан искать близких себе по духу молодых режиссеров и давать им возможность проявить себя. Для театра это интересно, для актеров - полезно, а мне интересно ставить свои работы в контекст спектаклей молодых.

- Что нового эти режиссеры приносят в театр?

- Свежий взгляд на театр. Глаз у них абсолютно не замылен, нет профессиональных штампов и уверенности, как нужно ставить. Они все время ищут что-то новое. Занимаются театром так же естественно, как дышат или думают. Мне важно, что человек для них - индивидуальность, а не существо, шагающее вместе с себе подобными в одном строю. Кроме того, у них очень хорошая профессиональная база.

В 16-18 лет человек может просто кричать то, что он хочет сказать миру, а дальше нужно понимать, как сделать, чтобы тебя услышали. Эти молодые режиссеры - могут.

- Вам в их возрасте наверняка было гораздо сложнее. Ведь вы родились в Китае, и ваши родители вернулись в Россию в 50-х. Репатриантов тогда часто принимали за врагов родины.

- Мои родители вернулись в СССР в 1954 году, после смерти Сталина, и сложностей было гораздо меньше. Я бы сказал, что благодаря детству, проведенному за границей, у меня с самого начала были заложены очень внятные понятия о том, что есть что. Потом это мне очень помогало. Конечно, мои родители, приехав в Советский Союз, увидели очень много того, о чем и не предполагали. Но очень мужественно держали удар, и мы, дети, вообще ни о чем не догадывались. В студенческие годы, когда я учился на курсе у Завадского, я тоже не замечал никакого идеологического давления. Мы учились весело, были уверены, что все можем и весь мир у наших ног. Катастрофический период начался потом, когда, заканчивая ГИТИС, я оказался в Смоленске и поставил там "Два товарища" Войновича. Это был 1968 год, в Чехословакию ввели советские войска, а меня после спектакля просто стали считать вредителем. Для меня это был удар: вдруг оказалось, что впереди все закрыто и никакой дороги нет. Непростое было время.

Давайте лучше поговорим не обо мне, а о нынешних молодых режиссерах. Мне нравится их отличный вкус, я бы даже сказал: чутье на литературу. Они не будут ставить то, что отдает подделкой или конъюнктурой. Даже если выбирают сказки - то Афанасьева или Киплинга.

А Михаил Станкевич, решив поставить спектакль для подростков, выбрал "Республику ШКИД". Хорошо, что мы получили грант Союза театральных деятелей на работу театров для детей и юношества. Конечно, мы не знаем, что будет после нового года, но до него должны выйти все спектакли, которые намечены. Хотя даже если будут сложности, это не значит, что мы должны останавливаться.

- Слушаю вас и понимаю, почему вы решили поставить спектакль "Алые паруса". Вы верите в то, что мечты сбываются?

- Мне близка тема утопии, мечты и ее осуществления. А "Алые паруса " замечательно рассказывают о романтической мечте, о которой Ассоль в детстве услышала от поэта, и непростом пути ее осуществления. Ведь автор "Алых парусов" Александр Грин прожил тяжелую жизнь. Его стремление к чуду было выстрадано, и он хотел поделиться им с читателями. Мне кажется, для театра очень важна тема стремления к невозможному. И хотя этот путь бесконечен, нужно двигаться все дальше и дальше, преодолевая препятствия.

- Вы рассказывали о "Ночном проекте". Но ведь сейчас власти хотят добиться, чтобы к 10 часам вечера все подростки были дома.

- "Ночной проект" рассчитан не на подростков, а на молодых людей, которые уже учатся и работают. Ведь РАМТ - не просто театр для детей. Он открыт для молодых людей, и они часто к нам ходят. Кроме того, те, кто работает в офисах или учится, часто не успевают к семичасовому спектаклю. Они освобождаются не раньше восьми.

- Почему в год чеховского юбилея вы решили поставить именно его одноактные пьесы?

- У нас репетирует столько режиссеров, все актеры труппы заняты, и я, собираясь сделать спектакль по Чехову, хотел выбрать что-нибудь маленькое, компактное. Чтобы было занято немного народа и можно было бы тихонечко, скромненько репетировать после спектакля или в выходной день.

Я, конечно, шучу, но практически так оно и было. И тут я вспомнил об изумительных одноактных пьесах. Сейчас я очень увлечен это работой. Мне кажется, что Чехов звучит сейчас на редкость современно. Ведь жизнь вокруг нас чаще всего абсурдна. Многое в ней нелепо и смешно. Чехов передавал весь драматизм этого жизненного абсурда и умел говорить о нем, не теряя иронии и юмора.
Ольга Романцова
GZT.RU
scroll top